Главная / Экономика / ФАС поможет технологиями импортозамещению в России

ФАС поможет технологиями импортозамещению в России


            ФАС поможет технологиями импортозамещению в России
        Федеральная антимонопольная служба (ФАС) намерена потребовать передачи России технологий при поступлении от иностранных компаний запросов на одобрение сделок слияний и поглощений (M&A — от английского mergers & acquisitions). Такая практика может сэкономить отечественным компаниям десятки лет времени и миллиарды долларов инвестиций, считают эксперты.

«Механизм мониторинга является инновацией в правоприменении ФАС, но в дальнейшем предполагается его широкое использование на высокотехнологичных рынках», — заявил глава антимонопольной службы Игорь Артемьев, имея в виду создаваемую на базе Высшей школы экономики (ВШЭ) и фонда «Сколково» систему отбора подходящих технологий и контроль над их передачей и внедрением российскими компаниями.

Пилотным проектом для обкатки трансфера технологий должна стать покупка германской Bayer американской Monsanto, которая является мировым лидером в области генномодифицированных сельхозпродуктов. Чтобы создать гиганта с выручкой 23 млрд долларов (по данным этих компаний за 2015 год), немцы в сентябре 2016 года согласились заплатить акционерам американской компании 66 млрд долларов — но только после обязательного одобрения антимонопольных органов в странах присутствия Bayer и Monsanto. Речь идет о десятках государств, включая США, ЕС, Китай, Индию, Россию и ЮАР.

ФАС опасается, что Bayer в результате станет фактически монополистом в поставке многих видов семян, удобрений, ядохимикатов и технологий выращивания растений и животных. И согласна одобрить сделку лишь при условии, что компании передадут часть технологий России — то есть, им придется создать себе конкурентов в нашей стране. Пока переговоры не завершены, сделка не одобрена.

В российском законодательстве словосочетание «трансфер технологий» появилось еще в 2007 году. Согласно определению министерства образования и науки, «центр трансфера технологий — это структурное подразделение в высшем учебном заведении, научной организации, на промышленном предприятии, которое обеспечивает коммерциализацию интеллектуального продукта, полученного в результате инновационной деятельности».

За последнее десятилетие таких центров в стране создано десятки, но все они занимаются продажей разработок создавшего их конкретного института. Но на этот раз ФАС и ВШЭ предлагают использовать беспроигрышную тактику — технологии в обмен на доступ на российский рынок.

«Я вижу три сценария развития ситуации. Хороший — Bayer исполнит антимонопольное предписание и передаст технологии. Нейтральный — немецкая компания уйдет с российского рынка, чтобы получение согласия ФАС не требовалось для завершения сделки с Monsanto. Это может даже помочь развитию российских производителей, которые сейчас не в состоянии конкурировать с мировым лидером. И плохим сценарием я бы назвал ситуацию, если Bayer здесь останется без всякой передачи технологий. В этом случае развитие российских технологий не будет иметь никакого смысла, потому что они не выдержат конкуренцию», — заявил ФАН директор Института права и развития ВШЭ-Сколково Алексей Иванов, который курирует создание Центра трансфера агротехнологий по указанию ФАС.

Ни ФАС, ни ВШЭ, ни Bayer с Monsanto не раскрывают, о передаче каких именно технологий идут переговоры. Но почти наверняка среди них фигурируют сельскохозяйственные растения, например, пшеница. В текущем сезоне (осень 2017 — лето 2018 года) Россия собирается экспортировать ее до 35 млн тонн, а всего зерновых — 44 млн тонн, заняв место второго крупнейшего экспортера в мире после Соединенных Штатов. Добиться таких результатов без генномодифицированных сортов сейчас почти невозможно. Хотя бы потому, что у таких сортов выше урожайность, они устойчивы к вредителям и болезням — значит, расходы на обработку ядохимикатами будут меньше, а себестоимость тонны зерна — ниже.

Слияния и поглощения глобальных игроков тяжело предсказать, но случаются они достаточно регулярно. И увязка их одобрения с передачей российским конкурентам части технологий хорошо укладывается в объявленную в 2014 году правительством политику импортозамещения.

«В некоторых областях отставания у нас очень большое, речь идет о десятилетиях, и догонять своими силами получается очень долго и дорого. Поэтому получить технологии задаром было бы интересно», — говорит начальник отдела рационального природопользования Федерального реестра экспертов научно-технической сферы Ренальд Илющенко.

По данным за 2016 год (последние доступные), Россия получила от экспорта собственных технологий 1,3 млрд долларов, что меньше результатов Португалии (1,8 млрд долларов), Польши (4,9 млрд долларов) и Израиля (15,4 млрд долларов). При этом закупки технологий за рубежом российских предприятий составили 2,5 млрд долларов.

«Получить технологии иным способом очень тяжело, никто их не уступает потенциальным конкурентам даже за большие деньги», — говорит заместитель директора по научной работе Вологодского научного центра РАН Константин Гулин.

Например, отечественная компания «Сварог» недавно предполагала наладить в России выпуск лесозаготовительных комплексов, которые состоят из работающих в связке лесопильной машины и транспорта. Целью было конкурировать с мировым лидером Deere & Company (работает под маркой John Deere), который предлагает такие комплексы где-то за 1 млн долларов.

«У нас таких технологий нет, потому что производство после распада СССР осталось в Белоруссии. Ключевой технологией здесь является устройство для захвата дерева. Чтобы создать его с нуля, нам потребуется примерно 20 лет. При этом прогресс идет очень быстро, и скоро ожидается выход на рынок роботизированных комплексов, пилящих лес без участия человека», — продолжает Гулин.

«Сварог» безрезультатно предлагала создать СП производителям из Белоруссии, у которых лесопильный комплекс стоит 500 тысяч евро. Финская Ponsse, у которой такой комплекс стоит около 1 млн евро, тоже отказалась.

«Никто не хочет создавать конкурента. Притом, что многие технологии были вывезены в свое время из России, а сегодня мы вынуждены импортировать такие приборы и оборудование», — сокрушается Константин Гулин.

Получить передовые иностранные технологии имеет смысл и в других отраслях, где у России существуют отраслевые научные институты, есть производственные площадки и специалисты. Например, в добыче природных ресурсов, фармацевтике.

«Нужно все, что имеет потенциал к росту, где ожидаются прорывные открытия. В фармацевтике в приоритете номер один — биоинженерные и генноинженерные технологии, все, что связано с производством на стыке фармакологии и других наук. Например, те же чипы, которые попадают в организм в виде таблеток и производят диагностические и лечебные действия», — заявил директор НИИ организации здравоохранения и медицинского менеджмента департамента здравоохранения Москвы Давид Мелик-Гусейнов.

Но иностранные технологии мало получить, для их применения надо найти инвестора, внедрить в производство и — зачастую это самое сложное — продать готовый продукт, предупреждает он. Почти всегда это небыстрый процесс, потому что в той же фармацевтике возврат инвестиций занимает около 10 лет.

Есть и отрасли, в которых освоить даже переданные технологии российским компаниям будет очень тяжело.

«В микроэлектронике простое заимствование ничего не даст. Нужна культура производства, заводы и специалисты. А вот в машиностроении у нас все это есть, и применить полученные технологии здесь будет значительно проще», — полагает Константин Гулин.

Интересны трансферы технологий во всех сферах деятельности, не согласен Ренальд Илющенко. Но всегда могут быть трудности со сбытом продукции.

ФАС отказался комментировать вопрос трансфера технологий до окончания переговоров об одобрении слияния Bayer и Monsanto, на котором и предполагается обкатать в нашей стране работу мониторингового центра по передаче технологий.

Фонд «Сколково» и Bayer отказались от комментариев.

Читайте ФАН в Яндекс.Новости.

Источник

Прокрутить до верха